Сообщить об ошибке
Сообщение отправлено!
Произошла ошибка :(
20 июля 1884г - 17 августа 1931г
Калужская область, Калуга (городской округ), Калуга
Русский и советский востоковед, лингвист, монголист, тюрколог, историк и этнограф, один из крупнейших мировых учёных в области монголоведения. Академик Академии наук СССР (1929). Создатель современной сравнительно-исторической грамматики монгольских языков, автор фундаментальной концепции монгольского "кочевого феодализма". Его труды, сочетающие филологическую точность, глубокие полевые исследования и широкие исторические обобщения, заложили основы отечественной монголистики как комплексной научной дисциплины. Принял буддизм, что глубоко повлияло на его понимание культуры изучаемых народов.
Борис Владимирцов родился в семье инженера путей сообщения. После окончания калужской гимназии в 1904 году он поступил на факультет восточных языков Санкт-Петербургского университета, избрав специализацию по китайско-маньчжурскому разряду. Однако его подлинным призванием стала монголистика. Его учителями в этой области были Алексей Дмитриевич Руднев и Владислав Людвигович Котвич. Одновременно он получил блестящее филологическое образование, слушая лекции корифеев того времени: сравнительное языкознание у И.А. Бодуэна де Куртенэ, историю русского языка у А.А. Шахматова, философию у академика Ф.И. Щербатского. Значительное влияние на формирование его методологии оказали школы выдающихся востоковедов В.В. Радлова и В.В. Бартольда. Такая уникальная подготовка, сочетающая классическую филологию, лингвистику и востоковедение, сделала его учёным универсального склада.
В 1909 году он окончил университет и был оставлен при кафедре монгольской и калмыцкой словесности для подготовки к профессорскому званию. В 1911 году, после сдачи магистерских экзаменов, начался важнейший этап в его жизни — многолетняя экспедиционная работа. С 1911 по осень 1915 года, с небольшим перерывом, Владимирцов путешествовал по Западной и Центральной Монголии (Кобдоский и Улясутайский округа), живя среди дербетов, байтов, олётов и халха-монголов. Он не просто собирал языковые и фольклорные материалы, а полностью погрузился в жизнь кочевников: кочевал с семьями, участвовал в их быте и обрядах, изучал буддийские практики и шаманизм. В результате он вернулся в Петроград с уникальным багажом: записями живых говоров и диалектов, образцами народной поэзии и эпоса, богатейшей коллекцией монгольских и ойратских рукописей и ксилографов. Этот опыт полевого исследователя стал основой всей его дальнейшей научной деятельности, позволив ему понимать письменные источники "изнутри" живой культуры.
После революции его научная и преподавательская деятельность продолжилась в сложных условиях. В 1918 году ему было присвоено звание профессора Петроградского университета. Он активно участвовал в работе Азиатского музея (позднее Институт востоковедения АН СССР), приводя в порядок его монгольские фонды. Несмотря на идеологическое давление, он оставался последовательным сторонником строгой научности. В 1929 году он был избран действительным членом Академии наук СССР — редкий случай для немарксистского учёного-гуманитария в тот период.
Борис Яковлевич Владимирцов скоропостижно скончался от кровоизлияния в мозг 17 августа 1931 года на своей даче в Сиверской, не дожив до 47 лет. Похоронен в Ленинграде на Смоленском лютеранском кладбище.
Наследие Б.Я. Владимирцова охватывает лингвистику, историю, этнографию и литературоведение монгольских народов. Автор 69 научных публикаций.
Вершиной его лингвистических исследований стала монументальная "Сравнительная грамматика монгольского письменного языка и халхаского наречия" (1929). В этом труде он не просто описал фонетические и грамматические соответствия, а впервые в мировом монголоведении применил строгие методы сравнительно-исторического языкознания, разработанные на индоевропейском материале. Он блестяще реконструировал фонетическую систему древнемонгольского языка, описал закономерности фонетических изменений и заложил основы исторической грамматики монгольских языков. Его работа намного опередила своё время использованием элементов исторической фонологии. Особое значение имели его исследования по проблеме алтайского языкового родства (монгольские, тюркские, тунгусо-маньчжурские языки). Он одним из первых поднял сложнейший вопрос о разграничении общей наследственной лексики и поздних взаимных заимствований между монгольскими и тюркскими языками, что до сих пор остаётся актуальной научной проблемой. Его статья "Турецкие элементы в монгольском языке" (1911) стала классикой.
Главным историческим трудом Владимирцова является посмертно изданная монография "Общественный строй монголов. Монгольский кочевой феодализм" (1934). В этой работе он выдвинул и блестяще обосновал оригинальную концепцию "кочевого феодализма", отрицавшую примитивность общественного устройства степных империй. Он показал, что монгольское общество до Чингисхана и в эпоху империи обладало сложной социальной иерархией, вассальными отношениями, системой земельных ("кочевых") владений (нутуков), что было специфической формой феодализма, обусловленной кочевым хозяйством. Книга, основанная на скрупулёзном анализе множества монгольских письменных источников ("Сокровенное сказание", летописи XVII века) и данных этнографии, вызвала дискуссию, но на десятилетия определила направление исследований истории кочевых обществ.
Владимирцов был пионером в изучении монгольского героического эпоса и народной поэзии. Его полевые записи уникальны. Он рассматривал эпос как живое явление культуры, а не просто литературный памятник. Его работы о монгольской литературе отличаются глубоким пониманием её эстетики и связи с мировоззрением народа.
Под влиянием своих учителей, особенно Ф.И. Щербатского, и в результате глубокого погружения в культуру Монголии, Владимирцов стал убеждённым буддистом. Это не было формальным актом, а глубоким внутренним выбором, который позволял ему постигать духовные тексты и практики изучаемой цивилизации на экзистенциальном уровне, что было уникально для учёного его времени.
Научная школа, основанная Б.Я. Владимирцовым (его учениками были Г.Д. Санжеев, Н.Н. Поппе, А.Н. Кононов, С.А. Козин и др.), стала ведущей в мире. Его труды, собранные в трёх томах серии "Классики отечественного востоковедения" ("Работы по истории и этнографии…", "Работы по литературе…", "Работы по монгольскому языкознанию"), остаются настольными книгами для каждого исследователя Центральной Азии.