Сообщить об ошибке
Сообщение отправлено!
Произошла ошибка :(
15 марта 1934г - 10 октября 1998г
Нижегородская область, Балахнинский район, Балахна
Русский художник, ярчайший представитель неофициального советского искусства, один из самобытных мастеров "другого искусства" 1960–1990-х годов. Его знаменитые "цветы" — монументальные, хрупкие образы в холодной гамме — являются центральными символами его поэтики, олицетворяя красоту, отчаяние и неистребимую жизненную силу.
Владимир Яковлев родился 15 марта 1934 года в Балахне Горьковской (ныне Нижегородской) области. Его происхождение было связано с художественной традицией: дед, Михаил Николаевич Яковлев, был известным живописцем-пейзажистом, одним из последователей русского импрессионизма. В 1944 году семья переехала в Москву, и этот переезд открыл подростку доступ к культурной среде столицы, хотя жизнь его с самого начала была отмечена трагическими обстоятельствами. Уже в 1945 году у него были диагностированы серьёзные психические расстройства, и он на всю жизнь остался под наблюдением врачей, периодически проходя лечение в специализированных клиниках.
Не имея формального художественного образования, Владимир Яковлев начал свой путь в искусстве как самоучка. Он работал курьером, а затем ретушёром в издательстве "Искусство". Знаковым для его становления стало посещение с конца 1940-х годов так называемой "мастерской Василия Ситникова" — неформальной школы, собиравшейся в коммунальной квартире на Большой Полянке. Ситников, эпатажный художник-нонконформист, создал атмосферу абсолютной творческой свободы, где Яковлев мог общаться с такими же маргинальными и одарёнными натурами. Эта среда сформировала его независимую эстетическую позицию.
В Москве 1950–1960-х годов Яковлев вошёл в круг ключевых фигур неофициальной культуры. Он сблизился с художником Анатолием Зверевым, поэтом Геннадием Айги (для которого создал цикл иллюстраций и проникновенный портрет), композитором-авангардистом Андреем Волконским. Именно на квартире Волконского в 1959 году состоялась одна из первых выставок его работ — характерный пример "квартирного" показа, бывшего единственной возможностью для демонстрации "неофициального" искусства. Он также общался с теоретиком искусства Индржихом Халупецким из Чехословакии, что связывало его с восточноевропейским авангардом.
Первый и крайне редкий для того времени выход его работ в официальное выставочное пространство состоялся в 1963 году — это была однодневная выставка совместно с Эдуардом Штейнбергом в Музее Ф. М. Достоевского. Его искусство медленно, но верно получало международное признание: в 1970 году его работы были включены в знаковую выставку "Русский авангард в сегодняшней Москве" в галерее Гмуржинска в Кёльне.
Личная драма художника усугублялась прогрессирующей болезнью глаз. Начиная с конца 1960-х годов, он практически терял зрение, и последние тридцать лет жизни провёл в состоянии почти полной слепоты. Это физическое ограничение не сломило его, но радикально изменило манеру: форма упрощалась, становилась более обобщённой и осязаемой, цвет и фактура приобрели первостепенное значение. Он продолжал работать на ощупь, создавая свои шедевры.
Полное и заслуженное признание на родине пришло к художнику уже в постсоветскую эпоху. В 1995 году Государственная Третьяковская галерея организовала его масштабную персональную выставку, ставшую актом долгожданной ретроспективной оценки.
Владимир Игоревич Яковлев скончался 10 октября 1998 года в Москве. Похоронен на кладбище села Ромашкова Московской области.
Его ранние работы 1950-х годов отмечены влиянием абстрактного экспрессионизма и ташизма (в духе Джексона Поллока) — это были лирические, импульсивные абстракции. Затем он пережил период увлечения Пикассо, что отразилось в некоторых портретах с деформацией форм.
Однако зрелый и наиболее узнаваемый стиль художника сформировался в 1960-е годы в русле интернационального движения "новая фигурация", которое, не отказываясь от завоеваний авангарда, вернулось к изображению предметного мира, но с новой степенью драматизма и экзистенциальной напряжённости. Его излюбленными жанрами стали портрет, натюрморт и, главное, изображение цветов.
Именно "цветы" Яковлева стали его визитной карточкой. Это не ботанические зарисовки, а мощные, монументальные образы-символы. Изображённые гуашью на бумаге или оргалите, чаще в холодной, сдержанной гамме (синевато-серой, фиолетовой, белой), они существуют в пустом, безвоздушном пространстве. Их лепестки и стебли часто обведены трепетным, нервным контуром, а форма балансирует на грани распада и кристаллизации. Эти образы прочитываются как метафоры одинокой души, хрупкой жизни, сопротивляющейся небытию, и самой судьбы художника.
Даже в портретах (часто это изображения близких друзей, матери, автопортреты) доминирует не психологическая характеристика, а состояние всеобъемлющей меланхолии, отрешённости и внутреннего света, проступающего сквозь болезнь и страдание. Работая в технике гуаши, он добивался удивительной глубины и звучности цвета, создавая сложные фактурные построения.
Наследие Владимира Яковлева, хранящееся в крупнейших музеях России (ГТГ, ГРМ) и частных коллекциях по всему миру, является одной из самых чистых и сильных страниц в истории русского искусства второй половины XX века.